Завтра я стану тобой  - Мария Бородина

Я жадно глотнула воздух, льдистый и сладкий на вкус. И покачнулась, едва не упав. С каждым движением грохот и лязг в голове усиливались, спускаясь в нижний регистр, а ноги становились слабее. Там, за дверью, лежала слепая свобода девочки Элси. То, чего она желала всем сердцем, но не смела взять.

Я могла бы броситься в распахнутые двери и убежать в слепую темноту, не разбирая дороги. Могла бы закричать, позвать на помощь, и неизбежно вернуться в заточение. Одно мешало мне довериться инстинктам: я не знала, чего ждёт от меня Элси. И не смела её подвести.

Приоткрыв дверь, я вынырнула в прохладную наружность. Тут же навалилась на стену, опасаясь потерять ориентиры. Под пальцами заскользил гладкий и холодный материал, совершенно не похожий на декоративный. Вроде шлифованного камня, затушёванного поверх слоем краски.

– Есть здесь кто-нибудь? – робко позвала я.

Ответа не последовало. Лишь ветер, взвыв, прокатился по полу, словно неподалёку распахнули окно.

Проглотив страх вместе с колким вкусом свободы, я заскользила вдоль стены. И через несколько шагов обнаружила в ней массивную дверь. Доски, из которых она была сколочена, оказались неотёсанными и иглистыми. Поперечные металлические перемычки стискивали их, прижимая друг к другу. Непонятным холодом веяло из щелей. Живым, но мёртвым.

Собравшись с духом, я ухватила ручку и подёргала. Ледяной металл обжигал пальцы. Дверь не поддалась: лишь скрипнула, будто усмехаясь. Может, оно и к лучшему. От одной мысли о том, что может за нею прятаться, лодыжки начинали трястись и подгибаться.

Впрочем, подгибались они и без этого. Тельце Элси плохо переносило нагрузки. Настолько плохо, что, должно быть, резервы моего слабого организма кажутся ей безграничными.

Я откинулась на стену. Лёгкие жадно просили кислорода. Попыталась раздышаться, но не смогла: испуг стискивал грудь, как корсет. Оставалось лишь тщетно хватать тягучую прохладу губами, как рыба, выброшенная на берег.

Гул в голове нарастал и становился оглушительным. А потом произошло то, чего я ждала. Перед незрячими глазами возник знакомый до боли образ. Разболтанные колёса, разъярённые кони, пыль, летящая по сторонам… Страшное дело, когда начинаешь путать то, что в твоей голове, с реальностью.

– Прости меня, девочка Элси, – произнесла я, опускаясь на корточки. – Я так и не сумела убежать.

Головокружение заволокло реальность, оборвав мысли на полуслове. Я сидела на холодном полу, обхватив колени, и ждала. Проклятые колёса из моего воображения надвигались, угрожая смять в лепёшку.

***

– А ну, посторонитесь, госпожа! – пронеслось над ухом. В нос врезался кисло-горький смрад перегара: так пахнет изо рта у мужчин, регулярно балующихся хмельным. – Шатаетесь вы тут.

Вскрикнув, я обернулась и разжала ладони. Связка ключей выскочила из кулака и со звоном ударилась о мостовую. Слишком уж неожиданным и скорым оказалось возвращение: даже подготовиться не успела. Из-за плеча раздражённо выглядывал мужчина с багряным лицом, испещеренным крупными порами. Сальный воротник его рубахи, покрытый струпьями перхоти, стоял торчком. Одна подтяжка на брюках лопнула и болталась около колена.

– Мешааааются тут, – прокомментировал он, со смаком растягивая слова. – Сколько стаканов выпила-то?

– Уйди, – озлобленно отозвалась я, и тут же представила на своём месте Ленор Лазовски. – Проклинать умею – не расхлебаешь. Рюмку не удержишь. Сил на супругу не хватит. До уборной не донесёшь.

– Вот дура, – фыркнул пьяница.

– А вот кто дурак мы ещё посмотрим. Жди беды, мужчина. Себя потеряешь.

Громко выругавшись, пьяница обошёл меня и ринулся по своим делам. Шатаясь и спотыкаясь, он пересёк проезжую часть, нырнул в переулок и исчез между домами. Бушующая зелень кустарника загладила брешь за ним и снова встала неприступной стеной.

Я осталась одна посреди просыпающегося проспекта. Утренние улочки Девятого Холма пахли безмятежностью и казались прозрачными. Впереди, в гуще кудрявых крон, поблескивала крыша Храма Вершителей. Чуть поодаль палец смотровой башни указывал в небо.

Ишь, как далеко убежала девчонка!

Наклонившись, я перехватила ключи. Какая удача, что Элси не вздумалось потерять их! Повертела связку на пальце, пересчитала. Все на месте.

До гостиницы я добралась быстро. К счастью, всевидящей Аэнэ на посту не оказалось. Я юркнула внутрь через парадный вход, и незамеченной прошла по лестнице. Скользнула в номер и плотно затворила дверь. Пиджак Линсена лежал там, где я его и оставила. Издали он напоминал большого чёрного кота, сверкающего золотыми пуговицами глаз.

Запихав ключи в карман пиджака, я рухнула в кровать и, не раздеваясь, уснула. Слишком мало осталось у меня резервов. Слишком многое произошло в эту ночь.